ПРОТИВ современного фашизма, ЗА тесное общение с умным зрителем

Во Владимирском театре драмы при поддержке регионального отделения Общероссийского народного фронта состоялась премьера антрепризного спектакля «Кабачок счастливой Эльзы». Постановка Городского Александровского муниципального театра драмы приурочена к 70-летию Победы.

Но спектакль посвящен отнюдь не героям. В центре повествования слабые, опаленные огнем войны люди. Они пытаются любить и жить, как раньше. Однако даже в мирное время война сводит с ними счеты. Именно поэтому хрупкий мирок кабачка счастливой Эльзы рушится в одночасье с появлением незваного гостя из военного прошлого. Так попытки не ворошить прошлое приводят к появлению новых несчастий и взращивают новое зло.

До этого спектакль был несколько раз показан в Александрове, один из просмотров состоялся в канун Дня Победы, на него были приглашены ветераны. В начавшемся гастрольном туре владимирский зритель увидел постановку одним из первых.

После просмотра по горячим следам наш корреспондент Елизавета Устинова встретилась с режиссером спектакля, художественным руководителем александровского театра Алексеем Чернобаем.

 - Алексей Сергеевич, выбор материала для «датского» спектакля всегда сложен для театра. Расскажите, как вы выбирали пьесу? И почему вы выбрали «Кабачок счастливой Эльзы» Татьяны Титовой, пьесу, написанную непрофессионалом?

- Мне почти под 60 лет, поэтому датских спектаклей я поставил в своей жизни много. Я делал спектакли к 30-летию, 35-летию, 40-летию и так далее. Поэтому, казалось бы, выбрать пьесу для святого праздника 9 мая не сложно. Нет, сложно, потому что то, что происходит за окошком, говорит об одном – фашизм никуда не делся, он виден невооруженным глазом, особенно через прозрачные стены фойе владимирского театра драмы.

Есть, конечно, стенки непрозрачные, за которыми люди живут по принципу: ничего не вижу, ничего не слышу. Но мы-то видим: фашизм есть и у нас в России. Я скажу очень жестко, может быть. Некоторые интеллигентские круги, которые себя причисляют к большим либералам, не понимают, что идеология фашизма губительна для человечества. Когда «Я» лучше тебя, просто потому что лучше…

- Я солидарна с вашей точкой зрения относительно современного фашизма. Но речь идет о конкретике: мотивируйте выбор пьесы. Дело в том, режиссер конструирует определенное зрелище и знает, как оно будет воздействовать на публику. За какие достоинства вы выбрали эту пьесу? Что для вас было важно?

- Я сразу скажу: первое время я пьесу отложил. Она не легла на душу, потому что в ней есть некоторые тайны, секреты, которые мне предстояло разгадать как профессионалу. Потом, когда нашлось решение сопроводить спектакль видео, стало легче. Без видео, демонстрирующего преступления негодяя Гитлера, видео, которое сопровождает пять исповедей героев пьесы, не было возможности найти решение.

Думаю, что меня в пьесе подкупило то, что здесь есть нестандартный, небанальный взгляд на фашизм. Некоторые наши коллеги говорят: «Надо ставить «Они сражались за Родину»! Было! Ставили! Повторяться не будем! У нас есть новые драматурги, у нас есть свежие пьесы, у нас другой день за окошком – оно же стеклянное! И надо, чтобы мы сегодняшним взглядом смотрели на исторические события и на то, что происходит с нами. Говоря, казалось бы, о какой-то Польше, мы говорим о сегодняшней России.

- Как зритель я благодарна вам за ваш выбор пьесы и за то, как деликатно и неожиданно для меня раскрыли проблему фашизма. Я благодарна вам, что это было не «в лоб», без давления на меня как на зрителя. Выбор оставался за мной и это именно вы, режиссер проявили деликатность по отношении ко мне, зрителю… А почему в этой сложной, на мой взгляд, для постановки пьесе мы видим не александровских актеров, а такую сильную, профессиональную, столичную, я бы сказала, сборную актеров? Почему вы сделали ставку на актеров приглашенных?

- Во-первых, вы видели сегодня александровских артистов. Их было четыре: некоторые московские артисты приболели, некоторые не смогли принять участие в сегодняшнем спектакле в силу занятости. Полсостава играет Москвы, полсостава — моих учеников. Они играют спектакли в очередь. Просто мне хотелось показать, что у нас есть еще дружба между Александровским муниципальным театром драмы и тремя, новыми для меня, театрами Москвы. Например, с Театром сатиры я никогда не работал. (Театр сатиры представлен в спектакле Татьяной Титовой, написавшей пьесу и сыгравшей в ней главную роль хозяйки кабачка Эльзы, заслуженной артисткой России и Польши Валентиной Шарыкиной, заслуженным артистом России Сергеем Чурбаковым. – Авт.) Мы представители русского театра, мы интересны друг другу профессионально! Наши коллеги представляют пять театральных школ: здесь сошлись «Щука», «Щепка», МХАТ, ГИТИС и ЛГИТМИК! Все они актеры разных направлений. Это был такой вихрь на репетициях!

- Алексей Сергеевич, ловлю вас на слове. Я открываю программку и смотрю: «Леон, конферансье — Андрей Анкудинов». Он един для всех составов. Этому актеру замены не нашлось. То есть у меня складывается впечатление и просмотр пьесы это подтверждает, что роль конферансье очень важна для пьесы, что она главный двигатель постановки и роль эту абы кому не доверишь? На нем, как на гвозде, висит всё. Это так?

- Ну не всё, конечно. По структуре материала пьесы Леон, конферансье, является заводилой ситуации в первом действии. Во втором, если вы подметили, он уходит чуть-чуть в тень. Кабачок закрыт, и его миссия выполнена.

Но то, что Андрей Робертович – блистательный артист, не вызывает сомнений. К нему нужно привыкнуть, потому что он не повторяется, а репетиция это в переводе с латыни повторение. И моя школа, кстати, она фоменковская, восстает против этого.

- То есть Анкудинов импровизирует по ходу пьесы?

- Да, на репетициях он такие божественные вещи выдавал! Мы заходились от хохота… И я его уговаривал, чтобы он так не делал…

- Ну, наверное, замену ему найти будет очень сложно!

- Конечно, замена необходима. Наши продюсеры встречались с несколькими людьми, это очень известные актеры – не буду называть фамилии, чтобы зря не звенеть. Но пока Анкудинов играет один.

- Ваш спектакль очень населен. Он даже более населен, чем некоторые спектакли нашего театра драмы, хотя должно быть наоборот. Он очень хорошо оснащен, снабжен видеорядом, сопровождается живой музыкой в исполнении Скипин-квартета, отлично костюмирован – в первом действии артистки кабачка меняют наряды каждые пять минут. Кто помогал вам делать этот спектакль?

- Продюсеры Дмитрий Лозинин и Юрий Зобнин. Частично спектакль профинансировали они, частично – мы. Все-таки у нас есть какие-то собственные средства. Но основная финансовая нагрузка легла, безусловно, на них.

Но подчеркну: исполняли все мои цеха. Я похвастаюсь: делал я спектакль «Золотой горшок» по Гофману, приехали мы на гастроли в театр Вахтангова и пришел на спектакль светлой памяти Михаил Александрович Ульянов. А это мистика, и он к этому настороженно относился. И он сказал: «Мне спектакль не понравился, но какая постановочная культура у тебя!» Как говорится, спасибо и на этом!

Да, в нашем театре есть некая постановочная культура. Да, мы маленькие, у нас есть традиции, традиции разного свойства, но театр состоит не только из артистов, режиссеров, музыки и так далее, но и из культуры реквизита, культуры пошива костюмов, культуры сценографии – из таких мелочей, которые и создают волшебство театра, его магию…

Вот на ваших глазах сегодня разбили тарелку, осколки разлетелись, и мы не знали, чем это закончится. На репетиции этого не было… И что-то из этого родилось…

- Это прекрасная находка, что осколки тарелки время от времени приходят собирать те, кто до этого наблюдал все еще продолжающуюся ссору¸ а не только официанты, которым это делать положено. Это подсознательная попытка всех персонажей пьесы склеить разбитую вдребезги жизнь – я бы даже сказала, это своеобразный символ пьесы. Но я хотела спросить немного о другом: ваш театр ведь недавно хотели закрывать, а вы сегодня показали очень крепкий, отлично оснащенный спектакль. Так как же чувствует себя сегодня александровский театр драмы?

- Спасибо нашему президенту Владимиру Владимировичу Путину. На эту тему я дал уже 20 – 30 интервью, даже на центральном телевидении. Моя благодарность не просто виляние хвостиком, меня поразило то, что он сумел услышать крик моей души благодаря усилиям моего друга и товарища Николая Анатольевича Горохова, который на «Форуме действий» ОНФ рассказал президенту о том, что наш тогдашний невероятно амбициозный мэр пытается нас закрыть, и буквально через сутки все решилось (zavladimir.ru сообщал об этом здесь — Ред.).

Мы выиграли 10 судов, мы не сдавались, но просто судиться долго, есть инерция бюрократии, а тут в один день — 4 декабря президент о нас узнал, а 5 декабря мы уже дышали свободно, хотя признаюсь: до этого мы 8 месяцев не получали зарплаты.

- Мы очень рады за вас, что вы вновь встали на ноги. Это видно по привезенному вами спектаклю. Он очень уверенный, сильный спектакль. Видно, что владимирская публика его очень хорошо восприняла. А как его восприняла александровская публика?

- Прежде всего хочу поблагодарить владимирскую публику. У меня пятые гастроли, и я привозил и Гофмана, и Чехова, и Бергмана «Сцены из прошлой жизни», и Слаповского «Не такой как все» с Валентиной Шарыкиной в роли мамы. Это пятый мой спектакль. Я очень доверяю владимирской публике. Я знаю московскую публику, знаю свою, знаю омскую, парижскую, варшавскую и так далее… Я знаю и владимирский менталитет — не жителей, а зрителей! Это отдельная тема.

Александровский зритель не простой, и я скажу, что всё-таки у нас 20 лет театру. Поэтому культура смотрения не сформировалась. Должна сложиться традиция!

- То есть не воспитывали вы пока александровского зрителя…

- Поколение должно смениться…Владимирскому театру около двух веков! Традиция смотрения, традиция посещения театра складывалась всё это время…

- А как восприняли ваш спектакль александровские СМИ?

- Одна газета написала очень лживую статью, другие корректно поделились своим мнением. Мы знаем, что эта статья заказная, так сказать, месть кота Леопольда. Город маленький, ничего не скроешь… Есть вкусы, есть мнения, есть профессиональная оценка, а есть заказ. Там, например, написано, что этот спектакль не имеет никакого отношения к Великой Отечественной войне. Но это полная чушь! Впрочем, там была написана одна правда: правильно была написана моя фамилия.

- Не было угроз в ваш адрес за проеврейскую направленность спектакля?

- Открытых угроз не было. Но на бытовом уровне в кулуарных разговорах тема антисемитизма проскальзывает. Да, сегодня мы сталкиваемся с русофобией и с юдофобией. Это говорит о том, что общечеловеческие ценности никто не отменял. И 9 мая – дата святая. У меня дед погиб на Курской дуге, полный мой тезка. Ну, что теперь — мне делать про Курскую дугу спектакль? Нет! Я хочу, чтобы мои внуки меня уважали, чтобы мои потомки следовали в своей жизни общечеловеческим ценностям…

- Зрители каких городов этим летом увидят ваш спектакль?

- Гастроли только еще оформляются. Это вопрос к продюсерам. Я знаю, что в августе мы посетим 5 — 6 областных городов, в том числе Ростов и Воронеж.

- А владимирские районные города увидят ваш спектакль?

- Мы с нашим губернатором Светланой Орловой пытаемся поговорить об этом. Мы готовы к таким гастролям, хотя у нас технически сложный спектакль. Здесь задействовано множество актеров столичных театров.

- Но мы ловим вас на слове: вы сказали, что у вас есть второй состав!

- Я только за!

 Беседовала Елизавета Устинова

 Фото Ирины Турановой

Поделиться: